Если не в кайф – не делай

590

Помню рядовой урок биологии в шестом классе. Учительница задала вопрос: в чем отличие человека от обезьяны. Мы наперебой начали размышлять о наличии шерсти, особенностях позвоночника и стопы. Она слушала, вяло кивала, а потом пришибла своей «правильной» мыслью:

– На самом деле обезьяна делает исключительно что хочет, а человек – то, что нужно.

Мне стало тошно. Неужели вся жизнь уйдет на выполнение навязанного кем-то долга?

Вернувшись домой, поплакалась бабушке. Она чистила тыкву, и в миску гулко падали оранжевые кубы. На плите кипел борщ, подходило тесто, и солились в банке зеленушки. Выслушала, нахмурилась, а затем крутанулась, словно волчок:

– Запомни раз и навсегда, мы живем не для радости. Бог терпел и нам велел. Поэтому разве хочешь? Должен!

Возвращаясь с тренировок много раз наблюдала, как детей волокут в детский сад. Половина идет смиренно, будто на эшафот, а вторая горько рыдает. Взмыленные мамы продолжают толкать своих детенышей в спины и на автомате чеканить слова:

– А ты думаешь мне хочется на работу? Просто не существует слова «хочу». Есть исключительно «надо».

В подобные моменты охота взмыть руки к небу и заорать: «Что же мы за рабское поколение, у которого есть только обязанности и обязательства? Почему это ненавистное «надо» висит над нами дамокловым мечом? Надо ходить на службу, есть жидкое, носить шапку, помогать слабым, копить на жилье, получать высшее образование, ежедневно мыть полы и выращивать на даче картошку.

У соседки – дилемма. Она считает своего сына тунеядцем, так как тот не несется с тремя пересадками на работу и не протирает на службе штаны с девяти до шести. Парень пишет музыку и, как ни странно, зарабатывает приличные деньги. Тратит их на аппаратуру, книги, концерты, а ей людям стыдно в глаза смотреть. Лучше бы устроился в банк или в строительную компанию. Периодически она пытается призвать его к ответу:

– Я в твоем возрасте уже имела кооперативную квартиру, финскую стенку, турецкий ковер и Москвич — 408. А чем можешь похвастаться ты?

Он оглядывается, будто незрячий, и пытается объяснять свою истину. Его песни поют Могилевская и Петя Черный и дай бог будут петь еще не один десяток лет, а мамин «кадиллак», стенка и ковер уже давно пылятся в гараже.

Конечно, самый удачный вариант – превратить «надо» в «хочу». Только есть маленький нюанс. Мы разучились хотеть. Из нас столько лет выбивали долги, что мы забыли, как выглядят мечты.

Сколько раз наблюдала на тренингах женщин, не ведающих о своих удовольствиях. Они тушевались и напоминали двоечниц, а в глазах стоял страх размером с Юпитер. Ведь жить в кайф всегда было неприлично.

Мы приходим в этом мир не за обязанностями, а за счастьем, и у всех оно разное, а не под копирку: дом, дерево, сын. И как же хорошо сказал в свое время Марк Твен о том, что два дня в наших жизнях самые важные: день, когда мы родился и день, когда поняли, зачем.

Автор: Ирина Говоруха